«..Ибо и они молятся Господу, чтобы Он помог им подать больному облегчение и исцеление...» (Cир. 38. 1-2,4,6-10,12-14)
Благая и радостная весть достигла стороны нашей грешной с берегов далекой Сены: в преддверии открытия Года России во Франции Русская Православная Церковь выиграла тендер на приобретение земли в центре Парижа, в аккурат рядом с Эйфелевой башней.
Три офисных здания общей площадью в восемь с половиной тысяч квадратных метров. Сумма сделки, разумеется, не разглашается (на все воля Божья, и тайна сия велика есть). Но, согласно оценкам парижских экспертов по недвижимости, средняя цена квадратного метра в этом районе составляет 7 тысяч евро. А значит, приблизительная стоимость всей радостной поднебесной сделки - 59 500 000 евро.
Представители Русской Церкви уже заявили, что на этом месте построят
кафедральный храм, который «станет символом начала новых двусторонних
отношений».
По простоте своей душевной я думал, что двусторонние отношения России и Франции начались уже давно, несколько веков тому назад. Но сейчас не об этом. А том, что даже страшно подумать, во сколько обойдется РПЦ новый кафедральный собор.
Разумеется, не мне, грешному, считать деньги в казне православной. Тем более, что и сам я надеюсь когда-нибудь посетить сей дивный храм, где смогу, как пообещали Божьи люди, «читать литературу, пользоваться интернетом и участвовать в клубных мероприятиях».
Вообще-то я о другой новости, которая прилетела с берегов Тихого океана.
В Приморье объявлен сбор пожертвований на операцию священнику, настоятелю храма Успения Божией Матери поселка Кировский иерею Александру Спрыгину. В конце прошлого года в семье отца Александра случилось горе -- трагически погиб единственный и любимый сын священника. У батюшки случился обширный инфаркт. Медицинское обследование показало, что необходимо оперативное вмешательство -- аортокоронарное шунтирование в трех местах.
Сумма, необходимая для проведения операции и на послеоперационный период -- более 350000 рублей. Найти такую сумму в поселке Кировский не предоставляется возможным.
Архиепископ Владивостокский и Приморский Вениамин, вникнув в суть проблемы, благословил объявить общеепархиальный сбор пожертвований для операции отцу Александру.
Прихожане - люди добрые, и непременно помогут пастырю своему.
А мне интересно: чем и как поможет РПЦ? И почему она бремя оказания помощи своему служителю перекладывает на плечи прихожан - людей в общей своей массе явно небогатых?
Может, сама РПЦ бедна, как церковная мышь?
Источник со ссылкой на директора Института изучения религии стран Балтии и СНГ Николая Митрохина сообщает, что РПЦ - это гигантская корпорация. Тут под единой маркой действуют сотни тысяч самостоятельных экономических агентов. Начиная с небольших предприятий, создаваемых отдельными священниками, и заканчивая общецерковными предприятиями. За год она получает от своей хозяйственной деятельности доходы, сравнимые с доходами средней металлургической компании. Плюс пожертвования от государственных и частных компаний на различные православные программы.
О какой именно сумме идет речь - большая церковная тайна.
Не нам, грешным, считать деньги в казне православной. Но прислониться духовно к «Основам социальной концепции РПЦ» ныне уместно. Там читаем: «Попечение о человеческом здоровье -- душевном и телесном -- искони является заботой Церкви».
То есть, все же Церковь должна была позаботиться об отце Александре?
Далее из «Основ...»: «Исполняя миссию спасения рода человеческого, Церковь делает это не только через прямую проповедь, но и через благие дела...».
Так вот же он - род человеческий - отец Александр. А 350 000 рублей - это как раз и есть «благие дела». Дать эти деньги отцу - это и есть миссия церкви.
Или я что-то не так понимаю?
...Батюшке нужен один квадратный метр парижского офиса. В противном случае - два квадратных мера. На местном погосте.
Кстати:
Лицемер устами своими приближается к Богу, сердце же его далеко от Него (Мф.15,8). Это отсюда: http://lucky-angels.narod.ru/articles/christ/ar64.htm
По простоте своей душевной я думал, что двусторонние отношения России и Франции начались уже давно, несколько веков тому назад. Но сейчас не об этом. А том, что даже страшно подумать, во сколько обойдется РПЦ новый кафедральный собор.
Разумеется, не мне, грешному, считать деньги в казне православной. Тем более, что и сам я надеюсь когда-нибудь посетить сей дивный храм, где смогу, как пообещали Божьи люди, «читать литературу, пользоваться интернетом и участвовать в клубных мероприятиях».
Вообще-то я о другой новости, которая прилетела с берегов Тихого океана.
В Приморье объявлен сбор пожертвований на операцию священнику, настоятелю храма Успения Божией Матери поселка Кировский иерею Александру Спрыгину. В конце прошлого года в семье отца Александра случилось горе -- трагически погиб единственный и любимый сын священника. У батюшки случился обширный инфаркт. Медицинское обследование показало, что необходимо оперативное вмешательство -- аортокоронарное шунтирование в трех местах.
Сумма, необходимая для проведения операции и на послеоперационный период -- более 350000 рублей. Найти такую сумму в поселке Кировский не предоставляется возможным.
Архиепископ Владивостокский и Приморский Вениамин, вникнув в суть проблемы, благословил объявить общеепархиальный сбор пожертвований для операции отцу Александру.
Прихожане - люди добрые, и непременно помогут пастырю своему.
А мне интересно: чем и как поможет РПЦ? И почему она бремя оказания помощи своему служителю перекладывает на плечи прихожан - людей в общей своей массе явно небогатых?
Может, сама РПЦ бедна, как церковная мышь?
Источник со ссылкой на директора Института изучения религии стран Балтии и СНГ Николая Митрохина сообщает, что РПЦ - это гигантская корпорация. Тут под единой маркой действуют сотни тысяч самостоятельных экономических агентов. Начиная с небольших предприятий, создаваемых отдельными священниками, и заканчивая общецерковными предприятиями. За год она получает от своей хозяйственной деятельности доходы, сравнимые с доходами средней металлургической компании. Плюс пожертвования от государственных и частных компаний на различные православные программы.
О какой именно сумме идет речь - большая церковная тайна.
Не нам, грешным, считать деньги в казне православной. Но прислониться духовно к «Основам социальной концепции РПЦ» ныне уместно. Там читаем: «Попечение о человеческом здоровье -- душевном и телесном -- искони является заботой Церкви».
То есть, все же Церковь должна была позаботиться об отце Александре?
Далее из «Основ...»: «Исполняя миссию спасения рода человеческого, Церковь делает это не только через прямую проповедь, но и через благие дела...».
Так вот же он - род человеческий - отец Александр. А 350 000 рублей - это как раз и есть «благие дела». Дать эти деньги отцу - это и есть миссия церкви.
Или я что-то не так понимаю?
...Батюшке нужен один квадратный метр парижского офиса. В противном случае - два квадратных мера. На местном погосте.
Кстати:
Лицемер устами своими приближается к Богу, сердце же его далеко от Него (Мф.15,8). Это отсюда: http://lucky-angels.narod.ru/articles/christ/ar64.htm
Leave a comment